Мой дорогой Коул  - Тиджан

– Ты тоже.

Глаза Коула потемнели, и он наклонился вперед. Взял мою руку и сплел наши пальцы, потом снова посмотрел на меня:

– Он хочет с тобой познакомиться.

– Да? – Я попыталась высвободить руку, но Коул только крепче сжал ее.

Он снова сверкнул этой своей убийственно неотразимой улыбкой и потер большим пальцем мою ладонь.

– Угу. Официально, все чин по чину.

– Только он? – Мне представилась темная комната. Мужчины в черных деловых костюмах, выстроившиеся в ряд у дальней стены… меня ведут на смерть. – Или будет кто-то еще?

Глаза Коула сузились, и он склонил голову набок, потом покачал ею:

– Нет. Я люблю этого парня. Он – семья, но я знаю, что он пугает. Я подумал, если мы встретимся за обедом, может быть, обстановка будет менее напряженной. И Эмма тоже придет.

– Кто такая Эмма? – спросила я, но потом вспомнила. – Эмма Натанз.

Коул кивнул:

– Эмма – настоящее чудо. Думаю, она тебе понравится. Она – укротительница чудовища по имени Картер. – Он улыбнулся, и я услышала нежность в его голосе.

Ему нравится Эмма. Она небезразлична ему… или, может, тут что-то еще. Он уважает ее, как уважает Картера Рида. Я поняла это, но все равно спросила:

– Ты и вправду любишь их, да?

Он кивнул:

– Да. В сущности, я обязан жизнью им обоим. Прошлый год… – Он осекся. – Знаю, в Интернете полно всяких страшилок про Картера, и я не знаю, что там говорят про Эмму, но не все это правда. Картер опасен, и он убивал, но он не плохой парень. Он – как я.

Коул отпустил мою руку и снова откинулся на стуле, широко раскинув руки – беззаботный Коул вернулся.

– Только я моложе, обаятельнее и намного привлекательнее.

Я вспомнила, как они выглядели, Коул с Картером, на том вечере. Как они двигались – словно одно целое. Коул, может, и моложе, но он такой же опасный. Он показал мне, каким может быть опасным, и когда я вспоминала ту ночь, по спине у меня бежал холодок.

– Пойдешь?

– Гм?

Коул наблюдал за мной.

– А, да. Обед с Картером и Эммой. – Я кивнула: – Пойду.

– Ничего грандиозного. Просто дружеские посиделки.

Это ничуть меня не успокоило.

На следующий вечер Коул, держа меня за руку, привел в ресторан, где мы с ним уже были однажды. Я прекрасно понимала, что «ничего грандиозного» – совсем не те слова, которыми бы я это описала. Женщина-метрдотель повела нас между заполненными столиками, и разговоры стихли. Мне вспомнился прошлый раз, то ощущение, когда за тобой наблюдают, но тогда меня больше всего волновало, что я обедаю с кем-то другим, не с Лайамом. Не представляю, почему в этот раз ощущение показалось еще более неприятным, чем в прошлый, но это так. Я была буквально вся на нервах.

Я смотрела прямо перед собой, и на полпути через зал Коул сжал мою ладонь. Это помогло. Он был спокоен, и я попыталась перенять хоть немного его спокойствия. К тому времени, когда мы прошли зал и начали подниматься на второй этаж, я уже дышала чуть свободнее, хотя продолжала держаться за руку Коула мертвой хваткой. Когда мы поднялись на второй этаж, он вывел меня вперед. Теперь Коул шел позади меня, и через секунду я поняла, зачем он так сделал. Его ладонь легла мне на поясницу, и он легкими кругами начал потирать спину, успокаивая меня.

Этаж был пуст, за исключением столика рядом с каменным камином. Там сидели двое. В мужчине я узнала Картера. Он поднялся, чтобы обменяться с Коулом рукопожатием, но его холодные голубые глаза все время были устремлены на меня.

Коул заговорил с ним, пошутил о чем-то, а потом отошел от меня, чтобы поговорить с женщиной, которая тоже поднялась. Она не вышла из-за стола, а ждала у своего стула, улыбаясь и смеясь над тем, что сказал ей Коул.

Я же просто стояла и чувствовала себя совершенной идиоткой.

– Я – Картер. Приятно познакомиться. – Он протянул руку.

Невесть откуда вынырнувшая непослушная девчонка, которой я была когда-то, хотела поджать хвост и убежать. Я затолкала ее обратно и пожала протянутую руку. Сильную, властную. Понятно. Он защищает свою семью. Я обнаружила, что смотреть ему в глаза – дело нелегкое. У Коула глаза черные. Боль смешивалась в них с игривостью, но они всегда теплели, когда он смотрел на меня.

Картер был другим.

Глядя на него, я видела смерть. Он был сдержан, насторожен, серьезен, и когда я повернулась к Эмме, у меня мелькнула мысль, не шутка ли это. Неужели эти двое на самом деле вместе? В ней не ощущалось ни одного из этих качеств. Красавица с черными, ниспадающими на плечи волосами и улыбкой, которая освещала лицо. Изящная и тоненькая, тоньше меня, но тоже с довольно крепким рукопожатием.

Взмахом руки она указала на стул рядом с Коулом.

– Прошу вас, садитесь, Эддисон. Приятно познакомиться. – Она снова села, коротко взглянула мне в лицо. – Коул очень высокого мнения о вас.

Он фыркнул, усаживаясь рядом со мной. Его ладонь легла мне на ногу под столом.

– Как я могу сказать что-то плохое? Я же встречаюсь с ней, Эм. Чего ты ожидала?

– Знаю. – Она развернула салфетку и положила себе на колени, мотнула головой в сторону своего спутника. – Ты никогда раньше не знакомил нас с женщинами. Уверена, Картер напугал ее до потери пульса. Я стараюсь показать, что ей рады.

Картер оцепенел.

– Я ничего не сделал.

– Тебе и не надо. – Эмма накрыла его ладонь своей. Она говорила с такой любовью, что я на секунду растерялась. – У тебя то, что называют синдромом стервозного лица, милый.

Коул рассмеялся:

– Синдром стервозного лица? Нет, скорее лица убийцы. Хладнокровного убийцы, Картер. Хладнокровного.

Уголки рта у Картера поползли вниз.

– Вы, ребята, подсмеиваетесь надо мной.

– Да. – Коул кивнул. – Именно это и делают в семье. Мы поддразниваем друг друга. – Он положил руку на спинку моего стула, и его ладонь легла мне на плечо. – Эддисон – единственная, кому сегодня повезло. Она только что познакомилась с вами, ребята, и еще не привыкла, в общем… – Он наблюдал за мной краем глаза, сдерживая улыбку. – Нет. Я могу поддразнивать ее, но не вы, ребята. Вы должны быть милыми.

Подошел официант и налил Коулу вина, прежде чем двинуться по кругу, чтобы обслужить остальных за столиком.

– Не сопротивляйся, Картер, – продолжал Коул, поднимая бокал. – Поддразнивать тебя – привилегия, которой я очень дорожу. Это честь – иметь возможность подшучивать над Хладнокровным Убийцей прямо ему в лицо.

– Коул. – Глаза Картера предостерегающе вспыхнули, метнулись в сторону официанта, потом остановились на мне.

Коул сделал глоток вина и поставил бокал. Подождал, когда официант уйдет, и подался вперед.